ЧА вообще – с эфиром экспериментировал еще Парацельс, ибо открыт он был в 1275 году.

Но, вернемся, к тому, что было до.

До наркоза основными обезболивающими методами могли быть:

• большое количество крепкого алкоголя,
• удар по голове тяжелым тупым предметом,
• отвары и настойки различных трав (мандрагора, опиум, белена, конопля),
• перетягивание конечности перед ампутацией жгутом,
• пережимание сонных артерий до потери сознания,
• кровопускание до обморока.

В общем – приятного для пациента мало, чревато осложнениями.

Главным принципом была скорость. И фиксация пациента. Опытный хирург мог ампутировать ногу за пару минут. Современники называли хирургию «унизительной демонстрацией бессилия науки».

Страдали не только пациенты. Хирурги зачастую испытывали то, что сейчас называют ПТСР – они рыдали после операций, заболевали, впадали в депрессию. Хорошо, что операции делали крайне редко. Это и понятно – летальность была высокой. У средних хирургов 1 из 4 пациентов умирал во время операции. У лучших – например, у Листона – 1 из 10. Послеоперационная смертность составляла около 50%.

Однако даже Роберт Листон, «самый быстрый нож в Вест-Энде» (он поставил рекорд, ампутировав конечность за 28 секунд), однажды провел операцию с 300% летальностью – в погоне за скоростью. Он одним взмахом случайно отсёк пальцы ассистенту, вместе с ногой, которую тот держал. Заодно задел окровавленной пилой одного из пожилых наблюдателей за операцией – тот умер от сердечного приступа. Ассистент и пациент скончались вскоре после этого от инфекции.

Джеймс Эсдейл не был так знаменит. И работал он в Индии. И оперировал местных. В основном – страдающих филляриозом мошонки, причём, достаточно запущенным. Например, он описывает, как удалил опухоль весом 46 кг. Эсдейл увлекался месмеризмом и решил использовать его обезболивающий эффект.

Сначала он сам месмеризировал пациентов перед хирургическим вмешательством. Потом это стали делать его ассистенты. Потому что к нему шел поток больных, и времени не оставалось. В день он проводил по 10 операций, по-прежнему гонясь за скоростью. Важно то, что послеоперационная смертность у него в клинике составляла всего 5 %. Доктор Эсдейл считал причиной этого то, что гипнотизёр посылает больному целительные силы во время транса.

Он даже писал брошюры и книги, но его сочли фальсификатором, подкупавшим пациентов.

Была собрана комиссия, оценившая его успех в 70%. Их заботило, конечно, в основном то, что этот вид обезболивания успешно работал на “низших формах жизни”. Они беспокоились, будет ли это настолько же хорошо действовать на высокоразвитые формы – европейцев.

Тем не менее, в 1846 году губернатор приказал открыть месмерический госпиталь в Калькутте. Эсдейл продолжал проводить операции, причём исповедовал политику открытых дверей – каждый мог прийти и посмотреть на то, что происходит. Это казалось подозрительным. Причём европейцы у него лечиться отказывались. Через два года Джеймса Эсдейла повысили по службе, он стал заниматься административными делами, и госпиталь пришел в упадок.

Хирургические операции на пациентах в состоянии транса проводились в это время и в Великобритании. Задокументировано их около 300. Однако врачебное сообщество не принимало этот метод.

Если здоровая нога при ампутации была неподвижной, это означало, что оперируемый в сговоре с месмеристом и хирургом. Если непроизвольно двигалась, это означало, что метод не работает.

Когда в середине XIX века была проведена успешная публичная операция по ампутации под гипнозом, статья в «Ланцете» утверждала, что пациент – мошенник, натренировавшийся терпеть боль.

Тут подоспело и открытие свойств эфира. Он оказался более приемлемым и универсальным.

К гипнозу в качестве обезболивающего вернулись во время Второй мировой. И это были зубные врачи, у которых просто не было достаточного количества анестетиков. Его продолжают применять и сейчас для обезболивания во время зубоврачебных и акушерских манипуляций, при родах. Вот такая история гипноз и хирургия.